- (4 Страниц)
-
- 1
- 2
- 3
- →
- Последняя »
Сон
#1
Отправлено 11 Декабрь 2004 - 11:25
Рукопись сна.
Рукопись сна, найденная в школьном шкафу 17-летнего парня, после того, как он погиб в аварии на своём мотоцикле. Записал Брайан Мур.
Находясь в состоянии между бодростью и сном, я оказался в комнате. Не было видно никаких определённых очертаний, кроме одной стены, которая была усеяна маленькими ящичками для учётных карточек. Они были как ящички в библиотеках, в которых в алфавитном порядке находятся списки по Фамилии автора или По темам. Но на этих архивных ящичках, которые занимали всю стену от пола до потолка и слева направо, сколько было видно глазом, были совсем другие заголовки.
Когда я подошёл к стене с архивами, первый, который попался мне на глаза, был "Люди, которые мне нравились". Я открыл его и начал просматривать карточки, и тут же захлопнул, с ужасом осознав, что все имена, написанные там, были мне знакомы. И тогда, без всяких слов, я вдруг понял, где находился.
Эта безжизненная комната с её маленькими ящичками была каталогом беспристрастных фактов всей моей жизни. Каждое действие за всю мою жизнь, каждое мгновение, важное и незначительное, были записаны в таких подробностях, которые я сам был не в состоянии помнить.
От чувства заинтересованности и любознательности, смешанного с ужасом, я встрепенулся, когда начал наугад открывать ящички и осматривать их содержимое. Некоторые вызывали радость и приятные воспоминания, другие чувство такого глубокого стыда и сожаления, что я даже оглядывался через плечо и смотрел, не смотрит ли кто.
Ящичек под названием "Друзья" находился рядом с ящичком "Друзья, которых я предал". Разнообразие названий составляли как обычные, каждодневные вещи, так и не совсем обычные: "Книги, которые я читал", "Ложь, которую я говорил", "Утешение, принесённой мной", "Шутки, над которыми я смеялся".
Некоторые чуть ли не вызывали смех своей дотошностью: "Слова, которые я выкрикивал на своих братьев и сестёр".
Над другими я не мог посмеяться: "Дела, совершённые в гневе", "То, что я бормотал на родителей".
Я не переставал удивляться содержимому. Часто было намного больше карточек, чем я ожидал. Иногда меньше, чем я надеялся.
Я был ошеломлён таким объёмом проведённой мной жизни. Возможно ли это, что за мои 17 лет у меня было столько времени, чтобы написать все эти тысячи, а то и миллионы карточек?
Но каждая карточка подтверждала это. Каждая карточка была написана моим почерком. Под каждой карточкой стояла моя подпись.
Когда я вытащил ящичек "Песни, которые я слушал", я понял, что ящик удлинялся, чтобы вместить содержимое. Карточки стояли очень плотно, и всё же через два или три метра я так и не нашёл, где был его конец. Я задвинул его, постыженный, не столько качеством музыки, но скорее огромным количеством времени, которое представлял этот архив.
Когда я подошёл к ящичку "Похотливые мысли", по мне пробежала холодная дрожь. Я выдвинул ящичек на пару сантиметров, не желая проверять его размер, и вытащил карточку. Я вздрогнул от её содержания. Мне стало тошно, что такой миг был записан. Меня охватило чувство унижения и гнева.
В голове преобладала одна мысль: "Никто ни в коем разе не должен увидеть эти карточки! Никто не должен увидеть эту комнату! Я должен их уничтожить!"
В неудержимом порыве неистовства я выдернул шуфлядку. Уже неважно было, какого она размера. Я должен был её опустошить и сжечь карточки.
Но, взяв шуфлядку за один конец и начав стучать ею об пол, я не мог вытрясти ни единой карточки. В отчаянии я выхватил карточку, но когда я пытался её порвать, оказалось, что она была прочна как сталь.
Сокрушённый и совершенно беспомощный я вернул шуфлядку на своё место.
Облокотившись лбом к стене, я издал длинный, беспомощный, жалостливый выдох. В тот момент я увидел ящичек с надписью "Люди, с которыми я поделился Евангелием". Её ручка выделялась на фоне других своим блеском, она была более новой, за неё почти не брались. Я потянул её за ручку, и маленький ящичек, не больше 7 сантиметров в длину, упал мне в руки. Я мог пересчитать эти карточки на пальцах одной руки. И тогда подступили слёзы. Я начал плакать. Я всхлипывал так глубоко, что в животе становилось больно и меня передёргивало. Я упал на колени и заплакал. Я заплакал от стыда, от непомерного стыда за всё это. Ряды полок с шуфлядками кружились в моих глазах, полных слёз.
Никто никогда не должен узнать об этой комнате. Я должен закрыть её на замок и спрятать ключ.
Затем, взглянув сквозь слёзы, я увидел, как в комнату вошёл Он.
Нет! Пожалуйста, только не Он! Кто угодно, только не Иисус!
Я беспомощно смотрел, как Он начал открывать шуфлядки и читать карточки.
Я не мог сносить, как Он на них реагировал. Украдкой взглянув на Него, я увидел на Его Лице такую печаль, что моё сердце чуть не разрывалось. Казалось, Он интуитивно брал самые плохие ящики.
Зачем Ему их все читать?
Наконец, Он повернулся и взглянул на меня с другого конца комнаты. Он смотрел на меня с сожалением в Своих Глазах. Но эта жалость не раздражала меня. Моя голова поникла, я закрыл лицо руками и снова начал плакать.
Он подошёл и обнял меня Своей Рукой.
Он так много мог мне сказать. Но Он не сказал ни слова. Он просто заплакал вместе со мной. Потом, Он встал и снова подошёл к стене с ящичками. Начав с края комнаты, Он вытащил шуфлядку и начал подписываться Своим Именем поверх моего, на каждой карточке, одну за другой.
"Нет!" - закричал я, бросившись к Нему. Я не находил других слов, кроме как: "Нет, нет", пытаясь вырвать у Него карточку.
Его Имя не должно стоять на этих карточках.
Но Оно там стояло: надпись красного цвета, такая сочная, такая отчётливая, такая живая. Имя Иисуса покрывало моё имя. Это было написано кровью.
Он нежно забрал карточку, улыбнулся и продолжил подписывать их.
Мне кажется, я никогда не смогу понять, как Он это сделал так быстро, но мне показалось, что буквально в следующее мгновение я услышал, как Он закрыл последний ящик и подошёл ко мне.
Он положил Свою Руку мне на плечо и сказал: "Закончено".
Я встал, и Он вывел меня из комнаты.
На двери не было замка. Но были карточки, которые ещё должны будут быть написаны.
Рукопись сна, найденная в школьном шкафу 17-летнего парня, после того, как он погиб в аварии на своём мотоцикле. Записал Брайан Мур.
Находясь в состоянии между бодростью и сном, я оказался в комнате. Не было видно никаких определённых очертаний, кроме одной стены, которая была усеяна маленькими ящичками для учётных карточек. Они были как ящички в библиотеках, в которых в алфавитном порядке находятся списки по Фамилии автора или По темам. Но на этих архивных ящичках, которые занимали всю стену от пола до потолка и слева направо, сколько было видно глазом, были совсем другие заголовки.
Когда я подошёл к стене с архивами, первый, который попался мне на глаза, был "Люди, которые мне нравились". Я открыл его и начал просматривать карточки, и тут же захлопнул, с ужасом осознав, что все имена, написанные там, были мне знакомы. И тогда, без всяких слов, я вдруг понял, где находился.
Эта безжизненная комната с её маленькими ящичками была каталогом беспристрастных фактов всей моей жизни. Каждое действие за всю мою жизнь, каждое мгновение, важное и незначительное, были записаны в таких подробностях, которые я сам был не в состоянии помнить.
От чувства заинтересованности и любознательности, смешанного с ужасом, я встрепенулся, когда начал наугад открывать ящички и осматривать их содержимое. Некоторые вызывали радость и приятные воспоминания, другие чувство такого глубокого стыда и сожаления, что я даже оглядывался через плечо и смотрел, не смотрит ли кто.
Ящичек под названием "Друзья" находился рядом с ящичком "Друзья, которых я предал". Разнообразие названий составляли как обычные, каждодневные вещи, так и не совсем обычные: "Книги, которые я читал", "Ложь, которую я говорил", "Утешение, принесённой мной", "Шутки, над которыми я смеялся".
Некоторые чуть ли не вызывали смех своей дотошностью: "Слова, которые я выкрикивал на своих братьев и сестёр".
Над другими я не мог посмеяться: "Дела, совершённые в гневе", "То, что я бормотал на родителей".
Я не переставал удивляться содержимому. Часто было намного больше карточек, чем я ожидал. Иногда меньше, чем я надеялся.
Я был ошеломлён таким объёмом проведённой мной жизни. Возможно ли это, что за мои 17 лет у меня было столько времени, чтобы написать все эти тысячи, а то и миллионы карточек?
Но каждая карточка подтверждала это. Каждая карточка была написана моим почерком. Под каждой карточкой стояла моя подпись.
Когда я вытащил ящичек "Песни, которые я слушал", я понял, что ящик удлинялся, чтобы вместить содержимое. Карточки стояли очень плотно, и всё же через два или три метра я так и не нашёл, где был его конец. Я задвинул его, постыженный, не столько качеством музыки, но скорее огромным количеством времени, которое представлял этот архив.
Когда я подошёл к ящичку "Похотливые мысли", по мне пробежала холодная дрожь. Я выдвинул ящичек на пару сантиметров, не желая проверять его размер, и вытащил карточку. Я вздрогнул от её содержания. Мне стало тошно, что такой миг был записан. Меня охватило чувство унижения и гнева.
В голове преобладала одна мысль: "Никто ни в коем разе не должен увидеть эти карточки! Никто не должен увидеть эту комнату! Я должен их уничтожить!"
В неудержимом порыве неистовства я выдернул шуфлядку. Уже неважно было, какого она размера. Я должен был её опустошить и сжечь карточки.
Но, взяв шуфлядку за один конец и начав стучать ею об пол, я не мог вытрясти ни единой карточки. В отчаянии я выхватил карточку, но когда я пытался её порвать, оказалось, что она была прочна как сталь.
Сокрушённый и совершенно беспомощный я вернул шуфлядку на своё место.
Облокотившись лбом к стене, я издал длинный, беспомощный, жалостливый выдох. В тот момент я увидел ящичек с надписью "Люди, с которыми я поделился Евангелием". Её ручка выделялась на фоне других своим блеском, она была более новой, за неё почти не брались. Я потянул её за ручку, и маленький ящичек, не больше 7 сантиметров в длину, упал мне в руки. Я мог пересчитать эти карточки на пальцах одной руки. И тогда подступили слёзы. Я начал плакать. Я всхлипывал так глубоко, что в животе становилось больно и меня передёргивало. Я упал на колени и заплакал. Я заплакал от стыда, от непомерного стыда за всё это. Ряды полок с шуфлядками кружились в моих глазах, полных слёз.
Никто никогда не должен узнать об этой комнате. Я должен закрыть её на замок и спрятать ключ.
Затем, взглянув сквозь слёзы, я увидел, как в комнату вошёл Он.
Нет! Пожалуйста, только не Он! Кто угодно, только не Иисус!
Я беспомощно смотрел, как Он начал открывать шуфлядки и читать карточки.
Я не мог сносить, как Он на них реагировал. Украдкой взглянув на Него, я увидел на Его Лице такую печаль, что моё сердце чуть не разрывалось. Казалось, Он интуитивно брал самые плохие ящики.
Зачем Ему их все читать?
Наконец, Он повернулся и взглянул на меня с другого конца комнаты. Он смотрел на меня с сожалением в Своих Глазах. Но эта жалость не раздражала меня. Моя голова поникла, я закрыл лицо руками и снова начал плакать.
Он подошёл и обнял меня Своей Рукой.
Он так много мог мне сказать. Но Он не сказал ни слова. Он просто заплакал вместе со мной. Потом, Он встал и снова подошёл к стене с ящичками. Начав с края комнаты, Он вытащил шуфлядку и начал подписываться Своим Именем поверх моего, на каждой карточке, одну за другой.
"Нет!" - закричал я, бросившись к Нему. Я не находил других слов, кроме как: "Нет, нет", пытаясь вырвать у Него карточку.
Его Имя не должно стоять на этих карточках.
Но Оно там стояло: надпись красного цвета, такая сочная, такая отчётливая, такая живая. Имя Иисуса покрывало моё имя. Это было написано кровью.
Он нежно забрал карточку, улыбнулся и продолжил подписывать их.
Мне кажется, я никогда не смогу понять, как Он это сделал так быстро, но мне показалось, что буквально в следующее мгновение я услышал, как Он закрыл последний ящик и подошёл ко мне.
Он положил Свою Руку мне на плечо и сказал: "Закончено".
Я встал, и Он вывел меня из комнаты.
На двери не было замка. Но были карточки, которые ещё должны будут быть написаны.
- (4 Страниц)
-
- 1
- 2
- 3
- →
- Последняя »
Другие ответы в этой теме
#5
Отправлено 15 Март 2005 - 17:00
Принцесса (15.03.2005 - 17:56) писал:
а это правда??? или просто сочиненённый рассказ ????????
как стыдно.......
Конечно это правда, я ведь не раз слышал о картотеке, Он же будет тоже смотреть на нашу картотеку пред переходом в инной свет.
Ой мне тоже страшно...
#9
Отправлено 15 Март 2005 - 23:43
я сижу и плачу....
просто стидно за себя.... иногда вот думаешь, что ти лучше других: никого не убил, не ограбил.....а на самом деле, все важно: слова, мисли.....вот на форуме нагрубил кому-то и ето записано.....праздность наша, пустие разговори.....а евангелием поделится или помолится некогда....
И все ето покривается КРОВьЮ.....Бога, Царя Царей....
Нет слов.......
просто стидно за себя.... иногда вот думаешь, что ти лучше других: никого не убил, не ограбил.....а на самом деле, все важно: слова, мисли.....вот на форуме нагрубил кому-то и ето записано.....праздность наша, пустие разговори.....а евангелием поделится или помолится некогда....
И все ето покривается КРОВьЮ.....Бога, Царя Царей....
Нет слов.......
#13
Отправлено 23 Октябрь 2005 - 00:10
Цитата
Клево написано! Ничего не скажешь и не прицепишься. Только видно, что рассказ сочиненный. Врят-ли можно запомнить сон до ТАКОЙ степени. Как художественное произведение, повторяюсь, клево. Respect автору
Просто ты никогда таких снов не видел.
А история цепляет...
#15
Отправлено 23 Октябрь 2005 - 21:31
Мне кажется эти карточки символические, но Господь действительно все про нас знает и помнит. Сколько же в нем любви и терпения к нам. Прочитав рассказ вроде бы наивный и вымышленный все равно возникает стд за ошибки и желание быть лучше. А это главное.
#18
Отправлено 23 Январь 2006 - 00:03
ВОПРОСник (24.10.2005 - 00:26) писал:
если "там" ничего нет, я ничего не потеряю, а если есть...
есть о чем подумать...
есть о чем подумать...
Правильная мысль.
Когда резко хватаешься за что то, то очень часто и остываешь быстро,
а трезвость она всегда глубокомысленней .
Меня долгие годы волновало место к Галатам:
Я говорю:поступайте по духу, и вы не будете исполнять вожделений плоти;
Я очень хочу поступать по духу, но как?
Пока не дошел смысл глагола -исполнять вожделения, а это желания плоти.
И я начала исповедывать желания плоти и отказываться от желания желать и это работает.
Я не хочу желать обижаться , не хочу желать..
Когда исподуешь обиду, то обида уходит, а желание еще живет в плоти и при малейшей возможности
проявляется,
а когда исповедуешь желание чего бы то нибыло - освобождаешься от желания это делать и становишься свободным поступать по духу.
Нет желания - нет зачатия греха - нет возможности родить смерть.
И мы живые.
#19
Отправлено 25 Август 2006 - 15:55
Нет слов,просто хочется сесть и подумать...и всеже в какой раз осознаю о Божей милости,как же Бог нас любит,что просто готов ответить(записать свое имя сверх нашего)за все наши негативные мысли,слова,поступки...Бог-чудесный,а мы часто забываем об етом,погружаясь в повсягдневную суету...действительно стыдно...
- (4 Страниц)
-
- 1
- 2
- 3
- →
- Последняя »

Вход
Регистрация
Помощь



Цитата





